Ст 318 ук рф судебная практика оправдательные приговоры

Защита при обвинении по ст. 318 УК РФ

Достаточно распространённым преступлением, направленным против порядка управления, признаётся применение насилия в отношении представителя власти. В соответствии с уголовным законодательством Российской Федерации к представителям власти относятся:

  1. Должностные лица правоохранительных органов
  2. Должностные лица контролирующих органов
  3. Иные должностные лица, наделённые в установленном законом порядке распорядительными полномочиями

Следует уделить особое внимание, что включают в себя правоохранительные и контролирующие органы. К правоохранительным органам, как правило, принято относить:

  1. Органы внутренних дел Российской Федерации
  2. Прокуратура Российской Федерации
  3. Федеральная служба безопасности Российской Федерации
  4. Федеральные органы государственной охраны
  5. Служба внешней разведки Российской Федерации
  6. Таможенные органы Российской Федерации и так далее.

В свою очередь к контролирующим органам относятся:

  1. Органы налогового контроля
  2. Органы иммиграционного контроля
  3. Органы санитарно-эпидемиологического контроля
  4. Органы ветеринарного контроля

Уголовная ответственность за применение насилия в отношении представителя власти устанавливается ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации. Простой состав рассматриваемого преступления выражается в совершении следующих действий:

  1. Применение насилия не опасного для жизни или здоровья в отношении представителя власти или его близких
  2. Угроза применения насилия в отношении представителя власти или его близких

Под насилием, не опасным для жизни или здоровья, в соответствии с юридической терминологией, подразумевается совершение действий насильственного характера, не связанных с причинением вреда жизни и здоровью, но, в свою очередь, причиняющих потерпевшему физическую боль.

Главным квалифицирующим признаком данного преступления и одновременно отягчающим обстоятельством является применение насилия, опасного для жизни или здоровья в отношении лиц, указанных в ч.1 ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с уголовным законодательством опасным для жизни является вред здоровью, вызывающий состояние, угрожающее жизни представителя власти, которое может закончиться смертельным исходом. Как правило, при применении насилия, опасного для жизни может быть нанесён вред любой степени тяжести:

  • лёгкий вред
  • вред средней тяжести
  • тяжкий вред

При этом способы применения насилия опасного для жизни могут быть различными.

Помимо прочего, необходимо иметь представление о том, что представляет собой угроза применения насилия. Как правило, угроза выражается в высказываниях или иных действиях виновного, выражающих реальные намерения применить насилие в отношении представителя власти.

Стоит отметить, что общественная опасность преступления, предусмотренного ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации состоит, главным образом, в том, что оно посягает на нормальную деятельность органов государственной власти и местного самоуправления в лице представителей власти.

Именно поэтому, уголовная ответственность за совершение данного преступления достаточно суровая.

В соответствии со ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации устанавливаются следующие размеры уголовной ответственности:

  1. Применение насилия неопасного для жизни, либо угроза применения насилия в отношении представителя власти (ч.1 ст.318 УК РФ) – наказывается лишением свободы на срок до 5 лет.
  2. Применение насилия опасного для жизни в отношении лиц, указанных в ч.1 ст.318 УК РФ (ч.2 ст.318 УК РФ) – наказывается лишением свободы на срок до 10 лет.

В случае, если Вам или кому-либо из Ваших близких предъявлено обвинение по ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации, следует незамедлительно обратиться за помощью к профессиональному адвокату по уголовным делам. Который окажет Вам надёжную правовую поддержку и поможет доказать невиновность в процессе судебного заседания, а также сделает все возможное для уменьшения меры наказания, в случае, если Ваше дело содержит действительные признаки состава преступления.

Далее приведены примеры, чего удавалось добиться

по уголовным делам при обвинении по ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации:

  • оправдательный приговор при обвинении в применении насилия неопасного для жизни в отношении представителя власти
  • оправдательный приговор при обвинении в угрозе применения насилия в отношении представителя власти
  • оправдательный приговор при обвинении в применения насилия опасного для жизни в отношении представителя власти
  • переквалификация преступления при обвинении в применении насилия неопасного для жизни в отношении представителя власти в преступление меньшей степени тяжести
  • переквалификация преступления при обвинении в угрозе применения насилия в отношении представителя власти в преступление меньшей степени тяжести
  • переквалификация преступления при обвинении в применении насилия опасного для жизни в преступление меньшей степени тяжести
  • освобождение из-под стражи в зале суда при обвинении в применении насилия неопасного для жизни в отношении представителя власти
  • освобождение из-под стражи в зале суда при обвинении в угрозе применения насилия в отношении представителя власти
  • освобождение из-под стражи в зале суда при обвинении в применении насилия опасного для жизни в отношении представителя власти

В работу адвокатов по ведению уголовного дела

при обвинении по ст. 318 Уголовного кодекса Российской Федерации входит:

  • консультация по всем вопросам юридического характера
  • обзор судебной практики по данной категории уголовных дел
  • разъяснение уголовного законодательства (при необходимости)
  • определение судебной перспективы уголовного дела
  • подготовка клиента к судебному заседанию в психологическом и правовом плане
  • изучение материалов уголовного дела
  • изучение доказательств на предмет их законности
  • сбор положительных характеристик обвиняемого
  • подготовка, составление и подача всех необходимых заявлений и ходатайств
  • представление интересов на стадии предварительного следствия
  • представление интересов клиента на протяжении всего судебного процесса, до принятия судом первой инстанции окончательного решения по делу при необходимости обжалование в апелляционной или кассационных инстанциях

Ст 318 ук рф судебная практика оправдательные приговоры

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Красноярск «» ______ 200__ года

Ленинский районный суд г. Красноярска в составе председательствующего судьи ,

с участием государственных обвинителей заместителей прокурора Ленинского района

защитников подсудимого адвокатов К., предоставившего удостоверение № , ордер № от __.__.200__ г., Б., предоставившего удостоверение №, ордер № от __.__.200__ г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении С, родившегося « » ______19___ года в с.Ш. С. района К.к., проживающего по адресу: г.К., ул.К., №, №, гражданина РФ, с высшим образованием, не работающего, не женатого, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ,

Органами предварительного следствия С. обвиняется в применении насилия, не опасного для жизни или здоровья и угрозе применения насилия в связи с исполнением Ш. своих должностных обязанностей. Согласно обвинительному заключению преступление совершено им при следующих обстоятельствах.

Ш., назначенный приказом № л/с от __.__.200__ г. на должность оперуполномоченного по особо важным делам отдела собственной безопасности К-ой таможни и в силу своего служебного положения являвшийся представителем власти, «» ______ 200__ года на основании предписания на проведение осмотра помещений и территорий № от __.__.200__ г., совместно с сотрудниками К-ого таможенного поста С. и Б. проводил проверку помещений складов временного хранения ООО , расположенного на ул. Р., № «» в Л. районе г.К.

В ходе проводимой проверки Ш. был выявлен факт наличия в архиве ООО двух документов отчета ДО-1 под одним номером № , но с разными сведениями о количестве товара — микроволновых печей и подписями разных лиц под этими ДО-1 (под одним из которых расписался С.). Полагая, что им (Ш.) выявлены признаки преступления, предусмотренного ст. 188 УК РФ — контрабанды, то есть перемещения в крупном размере через таможенную границу РФ товаров, совершенное с сокрытием от таможенного контроля либо с обманным использованием документов или средств таможенной идентификации либо сопряженное с недекларированием или недостоверным декларированием, Ш. попросил С. пояснить причину нахождения в архиве двух указанных ДО-1. Ознакомившись с указанными ДО-1, С. пояснил, что один их составлен ошибочно, после чего порвал один из ДО-1 и выбросил фрагменты в мусорную корзину.

Ш. достал из мусорной корзины разорванный С. документ и положил его в карман своих брюк. В ходе дальнейшей проверки С., которому стало известно об этом, неоднократно просил вернуть ему порванный документ.

Около 16 часов С. находясь рядом с Ш., взял последнего за руку, якобы для дружеского рукопожатия, но вместо этого применил насилие, не опасное для жизни и здоровья. При этом, С., удерживая руку Ш., чем причинял ему физическую боль, пытался достать из карманов брюк Ш. фрагменты указанного выше документа. В это время Ш. оказывал С. активное сопротивление. С. позвал на помощь работника ООО Б., который стал помогать С. удерживать Ш., не осознавая, что перед ним представитель власти. В это время Ш. обратился к своим коллегам С. и Б. с просьбой вызвать СОБР, услышав которую Б. отпустил руку Ш., после чего последнему удалось вырваться от захвата С..

Допросив подсудимого С., который виновным себя не признал, а также потерпевшего и свидетелей, исследовав другие представленные сторонами доказательства, суд установил следующие обстоятельства.

Ш., назначенный приказом № л/с от __.__.200__г. на должность оперуполномоченного по особо важным делам отдела собственной безопасности К-ой таможни и в силу своего служебного положения являвшийся представителем власти, «» ______ 200__ года на основании предписания на проведение осмотра помещений и территорий № от __.__.200__ г., совместно с сотрудниками К-ого таможенного поста С. и Б. прибыл для проведения осмотра помещений складов временного хранения ООО , расположенного на ул.Р, № «» в Л районе г. К.

В то время как С. и Б. занимались осмотром помещений склада временного хранения, Ш., выйдя за рамки полномочий, предоставленных сотрудникам таможни при проведении осмотра, взял у бухгалтера ООО для проверки документы отчета склада и занялся их проверкой, в ходе проверки истребованных документов, Ш. обнаружил два отчета ДО-1 под одним номером № ., один из которых в соответствии с требованиями, предъявляемыми к СВХ, был ранее представлен в таможню в качестве отчета, а другой был составлен ошибочно, был подписан не С., а бухгалтером Ц. и в таможню в качестве отчета не направлялся. Ознакомившись по просьбе Ш. с указанными ДО- 1, С. пояснил, что один их составлен ошибочно, после чего порвал этот ДО-1 (который был подписан не им (С.), а бухгалтером Ц.), и выбросил фрагменты в мусорную корзину. После указанных событий, С. и Б., которые заходили в этот момент в помещение офиса, вернувшись на склад, продолжили проверку помещений складов ООО , а Ш., дождавшись пока С. покинул помещение офиса, достал из мусорной корзины фрагменты разорванного С. документа и положил их в карман своих брюк.

Около 16 часов проверка помещений складов временного хранения ООО была закончена, сотрудники таможни С. и Б. сидели на скамейке возле офисного помещения ООО , ждали выходящего Ш. у которого находились ключи от машины. Покидая помещение офиса Ш.в забрал со стола все проверяемые им документы ООО, полученные от бухгалтера Д., о чем Д. сообщила зашедшему впоследствии в помещение офиса С.. Остановив Ш., недалеко от входа в офисное помещение ООО , С. стал с ним прощаться, они протянули друг другу руки, при этом С. громко просил Ш. вернуть его личные документы, которые Ш. забрал из офисного помещения. Ш. в крикнул С. и Б. вызвать СОБР, после чего, С., с целью привлечения к ситуации внимания окружающих попросил подойти стоящих неподалеку грузчиков. После этого сотрудники таможни С., Б. и Ш. покинули территорию склада.

Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются следующими доказательствами.

Подсудимый С. в судебном заседании показал, что «» ______ 200__ года с 14 часов 30 минут комиссией К-ого таможенного поста в составе Б., С. и Ш. производился осмотр склада временного хранения (далее — СВХ) ООО , о чем сотрудниками было предъявлено предписание на проведение осмотра от __.__.200__ г., с которым он (С.) был ознакомлен. В процессе проверки Ш. акцентировалось внимание на двух товарных партиях, размещенных на СВХ до ДО-1 № . и ДО-1 № .. Ш. намеревался провести досмотр товаров, находящихся в указанных товарных партиях, но вызванный представителя грузополучателя — красноярского филиала ЗАО отклонил это требование Ш., поскольку на момент проверки СВХ указанные товары уже прошли таможенное оформление, а после выпуска товаров их досмотр возможен только при проведении таможенной ревизии. При этом, представитель грузополучателя не возражал против пересчета мест в товарных партиях. Он (С.н) предоставил сотрудникам необходимых для пересчета работников склада. Комиссией была произведена сверка товаров, хранящихся на СВХ, с данными программы «ВЭД-склад», что подтвердило полное соответствие фактического и документального остатка. После этого Ш., минуя его (С.) обратился к бухгалтеру ООО Д. с просьбой предоставить архивные документы по интересующим его товарным партиям, на что Д. передала Ш. указанные документы. Он (С.) не препятствовал действиям бухгалтера, чтобы не портить отношения с таможней, хотя фактически Ш. не имел права в рамках осмотра требовать для проверки документы, Относящиеся к внутреннему документообороту СВХ-. В процессе осмотра документов Ш. обратился с вопросом о причинах наличия в них двух ДО-1 под одним номером — № . На что С. объяснил, что ДО-1 за подписью бухгалтера Ц. недействителен, поскольку оформлялся в процессе выгрузки товара по документам, предоставленным перевозчиком, однако в таможню указанный документ в качестве документа отчета не предоставлялся. После фактической приемки товара складом был оформлен ДО-1, отражающий достоверные сведения о товаре, поступившем на СВХ, который был подписан им (С.) и экземпляр которого был направлен в таможню для отчета. Обнаружив в одном файле с другими документами ошибочный ДО-1 за подписью бухгалтера Ц., он (С.) выбросил его в мусорную корзину. Этому факту никто из присутствующих сотрудников таможни не придал никакого значения, никто не сообщил, что этот документ важен для проверки. После указанных события он (С.) вместе с сотрудниками таможни вернулся на склад № 1 для продолжения осмотра. После окончания осмотра сотрудники таможни С. и Б. остались на улице, а он (С.) зашел в помещение офиса, где бухгалтер Д. сообщила ему, что обнаружила пропажу двух пакетов служебных документов, принадлежащих ООО , указав, что они пропали со стола, за которым сидел Ш., который уже ушел. Увидев, что стол, за которым сидел Ш. чист и вспомнив, что на нем находились также и его (С.) личные документы, он вышел из здания офиса на улицу, где стоял Ш. и высказал последнему неправомерность его поступка. При этом, Ш., держа при себе папку с документами стал прощаться и они, прощаясь и пожимая друг другу руки, в ходе чего он (С.) еще раз потребовал Ш. вернуть его (С.) личные документы. Никакого умысла на применение насилия к Ш. он (С.) не имел, не применял, боли Ш. не причинял. При этом Ш. выронил папку и крикнул, чтобы вызывали СОБР, а он (С.) услышав это громко крикнул, привлекая внимание стоящих неподалеку грузчиков, что Ш., забрал со склада его (С.) личные документы. Ш. вспомнил, что забыл в офисе барсетку, пошел за ней, после чего все сотрудники таможни уехали.

Читайте так же:  Коллегия адвокатов г новосибирска

Также С. пояснил, что Ш. он не удерживал, никаких документов у него забирать не пытался, от грузчиков удерживать Ш. не требовал. Полагал, что Ш.в неверно истолковал факт прощания и его (С.) требования и чтобы надавить испугать его (С.) попросил своих коллег вызвать СОБР. После отъезда комиссии С. попросил бухгалтера Д. проверить какие документы незаконно изъяты, а также проверил наличие своих документов. После проверки обнаружилось, что его (С.) личные документы на месте, а бухгалтер доложила о пропаже документов внутрискладского учета. Впоследствии документы, которые были Ш. незаконно изъяты, были возвращены на СВХ начальником УСБ К-ой таможенной службы. Никакого физического воздействия, неуважительного отношения, а тем, более избиения или насилия в отношении Ш. с его (С.) стороны не было и не могло быть в силу его уважительного отношения к сотрудникам таможни, а также в силу его (С.) воспитания и характера.

Показания подсудимого суд признает достоверными, поскольку они не опровергнуты и соответствуют показаниям свидетелей и другим доказательствам.

В частности, допрошенная в судебном заседании свидетель Д. — бухгалтер ООО показала, что ее рабочее место находится в офисном помещении (вагончике), там же хранится вся документация на товары, хранящиеся на СВХ. «» ______ 200__ года у них на складе работала комиссия из таможни. По просьбе одного из членов комиссии – Ш. она передала ему посмотреть два файла с документами на две товарные партии, на которые он (Ш.) указал. При этом, никакого предписания на выдачу документов Ш. ей не предъявлял. При передаче файлов Ш. все члены комиссии находились в этом же служебном помещении. Ш. смотрел документы за столом, за которым, обычно, работает С.. О том, что по переданным ею Ш. документам у сотрудников таможни возникли вопросы, ей ничего не известно, никто никого не опрашивал. После этого она (Д.) продолжала работать. В конце рабочего дня сотрудники таможни попрощались, уходя из офиса, Ш. также ушел вместе с ними. Она, поняв-,-что проверка закончилась, прошла, чтобы убрать документы, переданные Ш., со стола в архив, однако документов на столе не оказалось. В это время в офис зашел С., которому она сообщила о пропаже документов, С. вышел на улицу. О каком-либо конфликте между С. и Ш. ей ничего не известно.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Б.. показал, что «» ______ 200__ года в составе комиссии таможни производил осмотр территории СВХ ООО , вместе со С.й считал товар, сверял с документацией склада, все соответствовало, нарушений выявлено не было. Цель приезда Ш. — свидетелю неизвестна. После пересчета первой партии, заходил в административное здание, где Ш. проверял документацию, в ходе чего обнаружил два документа под одним номером, в одном из них количество товара, не совпадало с фактическим. Ш. показал их С. и спросил почему два, С. посмотрел, потом порвал один из предъявленных документов и выбросил в корзину. Ш. поинтересовался, зачем С. порвал, на что тот ответил, что, тот документ был составлен ошибочно, имеется другой документ на эту партию. Затем он (Б.) и С. направились с другое помещение СВХ для дальнейшей проверки. В период времени после 16 часов осмотр складов был закончен, он (Б.) со С. ждали Ш. на территории склада, недалеко от административного здания. С. и Ш. стояли на улице у офиса, разговаривали, предмет разговора слышен не был, так как они стояли на расстоянии не менее 7 метров. В один из моментов, снова обратив внимание на С. и Ш. увидел, что С. держит Ш. за руку, при этом С. улыбался, из увиденного свидетель понял, что они прощаются. Потом услышал, что С. что-то крикнул, потом увидел, что в сторону Ш. и С. направляются грузчики. Он (Б.) со С. направились туда же, подойдя, увидел, что грузчики пытаются схватить Ш. за руки, стал отгонять их, при этом повернулся к Ш. и С. спиной. В один из моментов оглянулся назад и слышал, что С. говорил что-то о личной переписке, Ш. крикнул вызвать СОБР, грузчики отошли, Ш. освободился. Также Б. на вопросы участников процесса пояснял, что он понял, что Ш. пытался вырваться от С., непонятно было, то ли С. его держал, то ли пытался залезть в карман. О том, что Ш. достал обрывки из урны, он (Б.) в тот момент не знал, сам этого не видел. Впоследствии Ш. ему рассказал об этом, а также о том, что С. хотел забрать эти фрагменты из его (Ш.) кармана.

Свидетель С. дала в суде аналогичные показания по обстоятельствам проведения осмотра и событиям в административном здании после обнаружения Ш. двух ДО-1 с одним номером, кроме того, показала, что они с Б., закончив осмотр, ожидали Ш. на территории ООО , недалеко от административного здания, в стороне от них стояли С. и Ш., разговаривали. В ходе разговора они улыбались, С. держал Ш. за руку. Потом Ш. крикнул вызвать СОБР, поскольку они стояли и мирно разговаривали, то было непонятно зачем вызывать СОБР, думали Ш. шутит. Затем С. позвал грузчиков, они подошли, тогда С. с Б. также подошли.

Свидетель не смогла пояснить удерживал Ш. С. или они таким образом прощались (рукопожатие). Также пояснила, что когда подошли грузчики, С. кричал им, чтобы они держали Ш., а сам пытался снять с Ш. куртку, залезть в карман. Когда грузчики отошли Ш. освободился, вспомнил, что забыл барсетку в офисном здании. Они (С., Б.) вместе с Ш. сходили за барсеткой и уехали со склада. По дороге Ш. на боли в руках не жаловался, ничего не обсуждали.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Б.. — грузчик ООО , показал, что «» ______ 200__ года , ближе к концу рабочего дня сидел на скамейке у офисного здания, в это время оттуда вышли С. и Ш., которого он (Б.) ранее не знал, Ш. находился в гражданской одежде. С. и Ш. стали прощаться, пожали друг другу руки, во время этого С. спрашивал у Ш. где его (С.) бумаги, а потом, сказал ему (Б.) с другим грузчикам подойти, поскольку этот человек — показал на Ш., забрал из офиса личные вещи С. и документы. С. и Ш. находились на расстоянии 2-3 метров от Б.. На просьбу С. он (Б.) направился в сторону С., пошли еще некоторые грузчики. С.С., П., в это время Ш. стал кричать, что вызовет СОБР, после чего он (Б.) развернулся и отошел, на этом все закончилось. Он (Б.) не видел, чтобы С. либо еще кто-либо из работников склада Ш. удерживал (за руки, или за куртку), никакой драки, размахивания руками, конфликта — не было. Ш., кроме фразы о вызове СОБР ничего не говорил, на помощь не звал, поэтому было непонятно, зачем СОБР.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Б.А.В., показал, что «» ______ 200__ года , в силу трудовых обязанностей находился на территории ООО , у автокрана, когда услышал от кого-то из грузчиков, что нужна помощь, кому — понял. Спрыгнув с крана, увидел, что возле входа в офис стоял С. с Ш., которого он (Б.) ранее не знал, разговаривали, С. просил вернуть какие-то бумаги, при этом, никто никого не держал. Потом Ш. уронил папку с бумагами, С. помог ее собрать. Он (Б.в) подошел, увидел, что его помощь никому не нужна — отошел. Потом Ш. крикнул, что сейчас приедет СОБР, к чему это было сказано, он (Б.) не понял.

Согласно показаниям допрошенного в суде свидетеля Е.М.И. — заведующего складом ООО к концу рабочего дня __.__.200__ г. он видел у офисного здания скопление работников, к которому подошел и увидел, что С. просит у Ш. какие-то документы, при этом держит последнего за руку, как при рукопожатии. Никто никого не дергал, ни на кого не нападал, никакого конфликта не было.

Свидетель П.С.Г., показания которого были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинения, с согласия стороны защиты (т. л.д. ), при допросе в ходе предварительного следствия показал, что __.__.200__ г. около 16 часов находился недалеко от офисного помещения склада, где услышал фразу, которую дословно не запомнил, но смысл ее, — кто-то обвинял кого-то в краже личных вещей, обернувшись увидел, стоявших у офиса С. и сотрудника таможни. В это время С. взял мужчину за кисть и потребовал вернуть какой-то предмет, мужчина стал кричать что-то насчет милиции, спустя некоторое время С. отпустил мужчину. При этом С. к грузчикам ни с какими просьбами не обращался.

Свидетель П.В.С, показания которого были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинения, с согласия стороны защиты (т. л.д.), при допросе в ходе предварительного следствия показал, что «» ______ 200__ года в послеобеденное время видел, как С., находящийся возле офисного помещения ООО стал кричать сотруднику таможни, просил что-то отдать. С. стоял вплотную к сотруднику, удерживал ли С. при этом сотрудника за руки свидетель не видел, т.к. С. стоял к нему спиной.

Читайте так же:  Снять залог с участка

Свидетель Л. — директор ООО в судебном заседании пояснил, что из телефонного звонка от С. «» ______ 200__ года узнал о незаконном изъятии сотрудниками таможни документов склада, вернувшись «» ______ 200__ года опросил всех, также беседовал с сотрудниками таможни С. и Б., информация подтвердилась, впоследствии К. документы вернул, о чем они оставили акт. Из объяснительных, представленных ему (Л.) работниками склада понял, что конфликт возник из-за того, что С. просил вернуть Ш. незаконно изъятые документы, в том числе личные. Никакого насилия к Ш. С. не применял, речь шла о конфликте словесном.

Давая оценку показаниям свидетелей и признавая их достоверными, суд исходит из того, что ни у кого из них не имеется мотивов для оговора подсудимого либо для его защиты от уголовного преследования, показания свидетелей являются стабильными и последовательными, они в целом соответствуют как друг другу, так и показаниям подсудимого, а также другим исследованным доказательствам.

Так, показания подсудимого и свидетелей о том, что «» ______ 200__ года в ООО проводился осмотр СВХ, подтверждается предписанием на проведение осмотра помещений и территорий СВХ № от «» ______ 200__ года (т. л.д.).

Согласно акту осмотра помещений и территорий ООО от «» ______ 200__ года в ходе проверки СВХ было представлено 2 пакета документов, по ДО-1 № и №. В пакете по ДО-1 № находилось 2 ДО-1 с одним номером, но различным количеством мест (743 и 763). При этом, о том, что какой-либо из документов был уничтожен, о том, что какой-либо из документов был изъят сотрудниками таможни, а также о том, что наличие двух указанных ДО-1 свидетельствует о каком-либо правонарушении в акте ничего не указано.

Показания подсудимого о том, что Ш. была незаконно изъята документация СВХ подтверждаются показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля К. о том, что, вернувшись после осмотра подчиненный Ш. рассказал ему об обстоятельствах его проведения, а также передал папку с документами. Разбирая указанную папку, он (К.) обнаружил, что Ш. случайно были вывезены с ООО документы отчета склада, указанные документы, им (К.) были возвращены директору склада Л..

Свидетель Л. подтвердил в судебном заседании получение от К. указанных документов склада по акту приема-передачи.

Показания подсудимого о том, что действия Ш. по изъятию документов не были законными подтверждаются свидетельскими показаниями начальника ОСБ К-ой таможни К., а также показаниями свидетеля П.В.В., работавшего «» ______ 200__ года начальником К-ого таможенного поста о том, что при необходимости изъятия каких-либо документов у поверяемых лиц, составляется соответствующий акт; в случае выявления нарушения сотрудник таможни должен отобрать объяснение, которое приобщается к материалам таможенного контроля. Как установлено в судебном заседании, Ш. этого сделано не было.

Показания потерпевшего Ш. также отчасти соответствуют приведенным доказательствам.

Так, будучи допрошенным в судебном заседании, потерпевший показал, что в ходе проверки документов обнаружил два ДО-1 с одинаковыми номерами. На вопрос, заданный С. в присутствии должностных лиц таможни, последний порвал один из документов, сказав, что он ошибочно составленный, на вопрос зачем он это сделал С. ничего не пояснил. Спустя некоторое время он (Ш.) вытащил обрывки из корзины, положил в левый карман, в это время С. вошел и видел его действия. О действиях С. он (Ш.) намеревался впоследствии отобрать объяснение. О том, что в корзине личная переписка С. не говорил. Впоследствии при продолжении проверки С. неоднократно подходил к нему с просьбой вернуть документ, изъятый им (Ш.) из урны. Затем, перед завершением проверки С. подошел к нему, протянул руку, якобы для рукопожатия, а сам стал удерживать и пытаться залезть в карман, при этом, позвал грузчиков, пытался снять с него куртку, после чего ему (Ш.) пришлось позвать СОБР, услышав это грузчики ослабили давление, и он вырвался. С. кричал грузчикам, что у него забрали личные документы. В судебном заседании Ш. пояснял, что С. держал его постоянно правой рукой за предплечье, я а он (Ш.) отбивался только левой.

После конфликта уехал со склада вместе с документами, находившимися в папке, которая была при нем. Б. препятствовал грузчикам удерживать его (Ш.). Впоследствии обнаружив, что случайно в суматохе взял часть документов СВХ, доложил об этом непосредственному начальнику, который документы вернул, передав Л.. После случившегося у него (Ш.) болели руки, за медицинской помощью не обращался, так как видимых повреждений, синяков не было.

Показания потерпевшего подтверждают показания подсудимого о том, что никакого объяснения у С. по поводу обнаруженного второго документа ДО-1 не отбиралось, оформления изъятия фрагментов разорванного документы из урны не производилось. Также подтверждаются показания С. о том, что он и Ш.в протянули друг другу руки, прощаясь, в ходе чего продолжали разговаривать. О том, что действительно, Ш. забрал документы склада без оформления факта изъятия.

Показания же Ш. о том, что С. применял к нему насилие путем удержания за куртку, за руку, чем причинял физическую боль, попытках С. при этом залезть в карман Ш., противоречат не только показаниям подсудимого, отрицавшего данный факт, но и показаниям свидетелей очевидцев — грузчиков, которые находились в непосредственной близости от С. и Ш., и показавших, что С. требовал вернуть документ, при этом, никакого насилия не применял. Также не согласуются показания потерпевшего с показаниями его коллег – С. и Б. показавших, что они видели как Ш.в и С. держались за руки, поняли, что прощаются, при этом С. улыбался, в связи с чем свидетели не поняли к чему Ш. высказывались призывы о вызове СОБР.

Показания потерпевшего о том, что С. причинял ему физическую боль также не подтверждаются исследованными доказательствами. Так, Ш. никогда не просил С. прекратить какие-либо действия, не кричал, что ему причиняют боль, при следовании после проверки на работу с коллегами по факту случившего никаких пояснений не давал, впоследствии в поликлинику по факту причинения ему каких-либо повреждений не обращался.

Кроме того, показания Ш. в части применения к нему насилия на протяжении всего расследования по уголовному делу являются противоречивыми. Так, описывая обстоятельства случившегося в рапорте на имя начальника Ш. указывает, что С. организовал на него нападение, в ходе которого крепко держал за куртку, выкручивал руки, чем причинял физическую боль, потом выкручивал руки вместе с грузчиками, пытаясь ему (Ш.) воспрепятствовать покинуть территорию склада. При допросе его в ходе предварительного следствия Ш. указывал, что С. в ходе беседы взял его за левую руку, попытался притянуть ближе к себе, после чего попытался отвести его руку в сторону, пытаясь завладеть обрывками порванного документа, находившимися в левом кармане брюк. При этом, пытаясь оказать сопротивление, Ш. выронил из рук папку с документами. В судебном заседании Ш. указывал, что насилие началось с рукопожатия С. правой рукой его (Ш.) правой руки, после чего С. пытался снять с него куртку, ему помогали грузчики. При доведении событий «» ______ 200__ года до сведения своего начальника К. Ш. указывал на то, что он боролся со С., защищая документ, его уронили на землю, отчего вся куртка и штаны были в грязи и в пыли, указанные обстоятельства показывал в суде свидетель К., ссылаясь на пояснения Ш..

Показания потерпевшего Ш. о том, что С. на протяжении всего периода проверки обращался к нему с требованиями вернуть фрагменты ДО-1, подобранные Ш. в урне, а потом хотел отобрать их с применением насилия, также не подтверждаются исследованными доказательствами. Судом установлено, что С. не видел, как Ш. доставал обрывки из урны, об этом указывал как сам подсудимый, так и свидетели С., Б., соответственно не знал о том, что указанные фрагменты находятся у Ш.. Обращаясь к Ш. с требованиями возле офисного здания, С. просил вернуть личные документы, а не разорванную ДО-1,об этом указывают все допрошенные свидетели, присутствовавшие при разговоре.

Показания свидетелей Ш., К. о том, что С. удерживал за руки Ш., пытаясь завладеть изъятым документом, не могут служить убедительными доказательствами как причинения насилия, так и противодействия представителю власти. Во-первых, эти сведения сообщены свидетелями только со слов самого потерпевшего, никто из указанных лиц свидетелями событий не являлся. Свидетели С. и Б. также знали об изъятом Ш. документе только после случившегося, а в момент событий, указанных в приговоре слышали, что С. требует вернуть личные документы, о том, что он пытается обыскать Ш. никто из указанных свидетелей не заявлял.

Свидетели обвинения—Р.А.Г., С.А.В., ни на предварительном, ни в судебном следствии по обстоятельствам конфликта между С. и Ш. ничего показать не смогли.

Таким образом, убедительных и достаточных доказательств, опровергающих доводы защиты о том, что, разговаривая с Ш. возле офисного здания, С. обращал внимание Ш. на то, что последний забрал из офиса его (С.) личные документы, просил их вернуть, при этом никакого насилия по отношению к потерпевшему не применял, стороной обвинения не представлено.

Анализ приведенных доказательств позволяет считать установленными те обстоятельства, которые указаны выше в приговоре.

Предъявляя С. обвинение по ч. 1 ст. 318 УК РФ, органы следствия исходили из того, что подсудимый, применил насилие, не опасное для жизни или здоровья, а также угрожал применением насилия Ш., как представителю власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Однако фактические обстоятельства дела, которые установлены судом, не дают оснований для такой квалификации.

Согласно обвинительному заключению преступные действия С. выразились в том, что он, с целью завладения фрагментами изъятого Ш. документа ДО-1 №. удерживал последнего за руку, чем причинял физическую боль, при этом пытался достать из кармана брюк Ш. фрагменты указанного документа.

Вместе с тем, ответственность по ч. 1 ст. 318 УК РФ за применение насилия в отношении представителя власти наступает только в случаях противодействия его законной деятельности.

Судом установлено, что комиссия, в составе которой находился «» ______ 200__ года на складе ООО Ш. действовала на основании предписания на проведение осмотра помещений и территорий № 19 от «» ______ 200__ года

Согласно статьи 375 Таможенного кодекса осмотр помещений и территорий проводится в целях подтверждения наличия товаров, находящихся под таможенным контролем, в том числе условно выпущенных, на складах временного хранения. Осмотр проводится при наличии информации об утрате товаров, их отчуждении либо распоряжении ими иным способом, для проверки такой информации, а также на основе выборочной проверки.

В соответствии с приказом № 1188 от 23.10.2003 г. «Об утверждении порядка проведения осмотра помещений и территорий» должностные лица таможенных органов при проведении осмотра вправе входить в помещения и на территории проведения осмотра, в том числе с пресечением сопротивления и вскрытием запертых помещений; требовать от лиц, обладающих полномочиями в отношении товаров, и их представителей предъявления товаров для проведения осмотра; привлекать для оказания содействия в осмотре специалистов и экспертов.

Другими полномочиями должностные лица таможенных органов в рамках указанного вида таможенного контроля (осмотра) не наделены.

Вместе с тем, в судебном заседании установлено, что непосредственно осмотром помещений склада были заняты только С. и Б., тогда как Ш. потребовав у бухгалтера СВХ документы на две партии товара занимался их изучением, указанные действия Ш. выходили за рамки, ограниченные нормативными документами для проведения осмотра.

Проверки факта выпуска товаров, а также достоверности сведений, указанных в таможенной декларации и иных документах, представляемых при таможенном оформлении, путем сопоставления этих сведений с данными бухгалтерского учета и отчетности, со счетами, с другой информацией у проверяемых лиц возможны в рамках ревизии (общей либо специальной), что следует из положений статьи 376 Таможенного кодекса РФ, решение о проведении ревизии, перед ее началом вручается лицу, у которого она должна проводится. Установлено, что решения о проведении ревизии ООО не принималось. Документы Ш. для проверки были переданы бухгалтером самовольно, без предъявления последним требования о предоставлении документов.

Читайте так же:  Как формируется трудовой стаж для пенсии

Как следует из показаний в судебном заседании свидетеля Б., С., каких-либо нарушений в ходе осмотра СВХ выявлено не было.

При проверке предоставленных документов Ш. просил С. пояснить причину наличия двух ДО-1 (документов отчета) под одним номером.

Согласно приказу ГТК РФ № 958 от 03.09.2003 г. «Об утверждении правил проведения таможенных операций при временном хранении товаров» (пункт 27) владелец СВХ обязан вести учет хранимых товаров, находящихся под таможенным контролем, и предоставлять в подразделение таможенного органа отчетность об их хранении по установленным формам, так при помещении товара для хранения на СВХ составляется отчетность по форме ДО1. Согласно пункту 31 указанного документа владелец СВХ представляет эту отчетность подразделению таможенного органа в течение 3 часов, если помещение СВХ находится в непосредственной близости от подразделения таможенного органа, и в течение суток, если место размещения СВХ не совпадает с местом размещения таможенного органа.

Как было установлено в судебном заседании, не отрицалось Ш. такая отчетность своевременно была представлена ООО в таможенный орган. И один из документов ДО-1 соответствовал этой отчетности, другой, который был выброшен С., в таможню не сообщался, что соответствовало пояснениям С., что он был составлен ошибочно.

Таможенный кодекс РФ содержит требование (пункт 9 ст. 376 ТК РФ) том, что при
обнаружении в ходе таможенной ревизии признаков преступления или

административного правонарушения в области таможенного дела проведение проверки в отношении непосредственных объектов правонарушения завершается. При этом, акт о результат проверки, составляется немедленно. Дальнейшие действия совершаются таможенным органом в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством РФ или законодательством об административных правонарушениях. По аналогии этот пункт применим и к нарушениям, выявленным в ходе осмотра.

Кроме того, Ш., сделав вывод, что им обнаружен документ, свидетельствующий об административном правонарушении должен был оформить факт изъятия выброшенного С. документа, путем составления протокола изъятия вещей и документов в соответствии со ст. 27.10.КоАП РФ, отобрать объяснение.

Однако ничего этого Ш. выполнено не было. Занимаясь проверкой документов отчетности склада, без необходимого на то разрешения и выявив по его мнению нарушения законодательства, Ш. никаким образом это не оформил, проверку не прекратил, С. о выявленных нарушениях не заявил, объяснения не потребовал, выслушав ответ С. об ошибочно составленном документе, комиссия продолжила работу. Последующие действия Ш., который дождавшись пока С. покинет здание офиса, незаметно для окружающих достал из урны фрагменты разорванного документа, суд не может признать законными, так же как и его действия по изъятию (выносу) со склада без соответствующего оформления других документов отчетности СВХ, которые впоследствии были возвращены руководителю ООО.

Вменяя С. применение насилия к представителю власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, органы следствия и государственный обвинитель исходили из того, что в силу должностной инструкции в должностные обязанности Ш. входило участие в осмотре складов и помещений.

Однако данное утверждение является ошибочным, как уже было указано выше, действия Ш. выходили за рамки осмотра, на проведение которого комиссия таможни имела право и с чем был ознакомлен С.. Действия Ш. по изъятию без надлежащего оформления документов склада, нельзя признать законными. Ни один из приведенных в обвинительном заключении нормативных актов не возлагает на сотрудников таможенных органов права изымать документы без оформления, а также заниматься проверкой отчетности без соответствующего решения вышестоящего руководителя.

Допрошенные в суде свидетели К. и П.В.В. также подтвердили, что Ш. должен был составить акт изъятия, отобрать объяснения, указав, что, в связи с тем, что такая ситуация возникла впервые в практике Ш., не смог сориентироваться правильно. Однако, незнание Ш. требуемых в служебной деятельности нормативных документов, не свидетельствует о законности его действий.

Кроме того, из установленных в судебном заседании обстоятельств, следует, что требования С. к Ш. о возврате личных документов заявлялись уже после того, как комиссия закончила свою работу и намеревалась выезжать со склада.

Согласно приведенным выше доводам действия Ш. по удержанию при себе не изъятых в установленном порядке фрагментов документа, свидетельствующего, по его мнению, о совершенном преступлении, нельзя признать законными. В связи с чем, то деяние, которое вменяется С., не содержит состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ.

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ характеризуется умышленной формой вины в виде прямого умысла, то есть лицо должно осознавать общественно-опасный характер и диапазон применяемого им насилия или угроз, осознавать, что они направлены против представителя власти и именно в связи с выполнением им своих должностных обязанностей, предвидеть наступления общественно- опасных последствий и желать их наступления.

Вместе с тем, из представленных суду и исследованных доказательств, суд не усматривает умысла С. на применение насилия (причинение боли) представителю власти Ш.. С. пояснял в суде, что, прощаясь с Ш., так как комиссия закончила работу и намеревалась покинуть территорию склада, просил последнего вернуть его (С.) личные документы, при этом держал за руку, в форме рукопожатия, так как Ш. тоже протянул ему руку, прощаясь. Какого-либо умысла на применение насилия не имел, никакие обрывки отбирать не намеревался, так как во-первых, не знал, что Ш. их забрал, во-вторых, они не были нужны самому С., так как он их выбросил. Он (С.) вообще не противодействовал представителю власти, а пытался выяснить, где его личные документы.

Доводы С. в судебном заседании не опровергнуты обвинением. Суд не усматривает умысла С. на применение насилия к представителю власти в его действиях, выразившихся в просьбе, высказанной в демонстративно громкой форме к Ш. — вернуть личные документы, так как уже было указано выше, С. действительно имел основания полагать, что Ш. самовольно вынесены из офисного помещения склада документы, в которых он полагал находятся в том числе и его личная переписка.

При таких обстоятельствах пояснения С. о том, что выбросил ошибочный документ в урну, при том, не совершил ничего противозаконного, ничем не опровергнуты, к ак и его показания о том, что он не видел, как Ш. доставал обрывки из урны, в связи с чем, не мог требовать их вернуть.

В этой связи, учитывая указанные обстоятельства — необращение Ш.
внимания на факт уничтожения документа, а также принимая во внимание, что вся
необходимая отчетная документация по проверяемой партии товаров была представлена
таможенному органу, нарушений при осмотре склада, пересчете товара выявлено не было,
доводы подсудимого о том, что он считал, никаких нарушений не выявлено, проверка
закончилась, но после ухода комиссии было обнаружено исчезновение папок с
документами со стола, где работает С., где по его утверждению находились также и
его личные документы, представляются обоснованными и убедительными и

свидетельствует об отсутствии умысла у С. на применение насилия в связи с деятельностью представителя власти.

Согласно обвинительному заключению, С. обвиняется в применении насилия при следующих обстоятельствах: «взял руку Ш. якобы для дружеского рукопожатия, удерживал ее, чем причинял физическую боль, позвал на помощь грузчика Б., который стал помогать удерживать».

Указанные обстоятельства также не нашли подтверждения в судебном заседании, так о причинении физической боли путем удержания за руку в судебном заседании говорил только потерпевший, однако, как было указано выше показания потерпевшего являются противоречивыми, очевидцы события — грузчики, отрицали применение С. насилия, сопротивление этому насилию со стороны Ш., указав, что С. с Ш. пожали друг другу руки, при этом С. высказывал громко требования, что привлекло внимание. В судебном заседании свидетель С. показала, что С. звал грузчиков на помощь, просил помочь ему держать Ш., однако ее показания не подтверждаются показаниями других свидетелей, подсудимого, кроме того, о том, что С. просил грузчиков держать потерпевшего не говорил и сам Ш.. Грузчики Б., Б., П. пояснили, что обратили внимание, так как С. громко говорил, просил вернуть Ш. личные документы, однако ни о какой помощи их не просил.

Свидетели Б. и С. также говорили о рукопожатии между С. и Ш., которые при этом мирно беседовали, но ничего конкретного по поводу применения насилия со стороны С. к Ш. пояснить не смогли. Их пояснения о том, что С. пытался достать у Ш. из одежды документы высказаны со слов самого потерпевшего, пояснившего им об этом уже после случившихся событий.

Ни о какой боли, причиняемой им С. потерпевший не заявлял, при следовании после проверки на работу с коллегами по факту случившего никаких пояснений не давал, впоследствии в поликлинику по факту причинения ему каких-либо повреждений не обращался.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что показания С. о том, что никакого насилия (причинения боли, удержания) по отношению к Ш. им не применялось, стороной обвинения в судебном заседании не опровергнуто.

Кроме того, в обвинительном заключении указано, что С. угрожал Ш. применением насилия, однако каким образом было высказаны угрозы о применении насилия, в чем они выражались, ни в тексте обвинительного заключения, ни в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого не указано. Кроме того, в судебном заседании установлено, что никаких угроз С. Ш. не высказывалось.

Исходя из этого, следует признать, что убедительных и достаточных доказательств, опровергающих утверждение С. о том, что он не применял насилия к Ш., не имел умысла на противодействие ему как представителю власти, не представлено.

Действия С. не причинили тех последствий, на которые указали органы следствия. Они, с учетом их характера и последствий, не могут рассматриваться как применение насилия к представителю власти. Кроме того, принимая во внимание показания свидетелей, достоверно не установлено само наличие факта выявленного Ш. нарушения, после указанных событий никакой проверки на складе ООО не проводилось. Уголовное дело, возбужденное по факту ч. 1 ст. 188 УК РФ впоследствии его рапорту об обнаружении признаков преступления от 28.05.2007 г., поступившему из оперативного отдела РУ ФСБ России по КК, то есть почти через два месяца после рассматриваемых событий, до настоящего времени не расследовано, в отношении С. в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 188 УК РФ отказано. Вопрос о том, имело ли место событие какого-либо преступления, не разрешен.

Исходя из того, что С., выясняя у Ш. причину изъятия документов, обращаясь с просьбой о возврате документов, в том числе личных, никаким образом не мог противодействовать законной деятельности представителя власти, следует признать несостоятельными и выводы обвинения о наличии у подсудимого умысла на применение к Ш. насилия, с целью завладения изъятыми Ш. обрывками.

Таким образом, действия подсудимого не образуют состав преступления, предусмотренный ч. 1 ст. 318 УК РФ, а также какой-либо иной состав преступления, в связи с чем, по делу должен быть постановлен оправдательный приговор, а за С. должно быть признано право на реабилитацию.

На основании изложенного и руководствуясь статьями-302, 305 и 306 УПК РФ, суд

Оправдать С.В.В. по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 133 УПК РФ признать за С.В.В. право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Красноярского краевого суда в течение 10 суток со дня провозглашения.