Нормативный договор образец

Нормативный договор

Нормативный договор — соглашение между сторонами направленное на установление официальных юридических правил. Например, международный договор, коллективный договор между хозяином (предпринимателем) и наемными работниками в лице их профсоюза. Договоры нормативного содержания — это соглашения между субъектами, которые добровольно закрепляют взаимные права и обязанности и обязуются их соблюдать. Подобные соглашения служат основой для принятия других нормативных правовых актов. Такие договоры получили распространение в трудовом праве при заключении контрактов между работодателем и работником, в международном праве. В последние годы, указанные договоры стали применяться и в конституционном праве России. Например, в 1992 г. был заключен Федеративный договор между Российской Федерацией и ее субъектами о разграничении между ними предметов ведения и полномочий. В 1994 г. был заключен Договор между Российской Федерацией и Татарстаном, где были определены предметы взаимного делегирования полномочий. В дальнейшем такие договоры были заключены и с другими субъектами Федерации. Для признания договора источником права требуется, чтобы он содержал юридические нормы. Историческими примерами договора нормативного содержания в советском праве могут служить Договор об образовании Закавказской советской республики (1922 г.), Договор об образовании СССР (1922 г.), Федеративный договор (Договор о разграничении предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти Российской Федерации и органами власти республик в составе Российской Федерации) 1992 г.

В области трудового права значительную роль продолжают играть коллективные договоры. Согласно ст.7 Кодекса законов о труде РФ, коллективный договор — правовой акт, регулирующий трудовые, социально-экономические и профессиональные отношения между руководителем и работниками на предприятии, в учреждении, организации.

Следует подчеркнуть, что договорное право — юридический фундамент динамичной и расширяющейся системы свободного предпринимательства. Принятый 11 марта 1992 г. Закон Российской Федерации «О коллективных договорах и соглашениях» один из наиболее значимых актов, цельно регулирующий взаимоотношения предпринимателей и наемных работников.

В качестве основной формы права выступает договор в международном праве. Международный договор — это явно выраженное соглашение между государствами и другими субъектами международного права, заключенное по вопросам, имеющим для них общий интерес, и призванное регулировать их взаимоотношения путем создания взаимных прав и обязанностей. Статья 2 Венской конвенции о праве международных договоров содержит нормативное определение этого источника: «Договор означает международное соглашение, заключенное между государствами в письменной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится ли такое соглашение в одном документе, в двух или нескольких связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования».

Примером международно-правового договора нового типа может служить принятый 12 сентября 1990 г. Договор об окончательном урегулировании в отношении Германии, согласно которому «объединенная Германия будет включать территорию Германской Демократической Республики, Федеративной Республики Германия и всего Берлина».

Нормативно-правовые договоры — проявление нормативной саморегуляции. Но нельзя забывать, что первичным юридическим источником развития договорных форм, придания им законной силы выступает нормативно-правовой акт. Например, Гражданский кодекс РФ (ст.ст. 160-167, 255, 295, 350) закрепляет формы и общие условия договоров, ст.22 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. «О средствах массовой информации» фиксирует содержание договора между соучредителями средства массовой информации.

У договорной формы права перспективное будущее. Ведь если представлять источники права в виде социального взаимодействия, то оно должно быть, прежде всего, добровольно-согласительным, а не формально-принудительным.

Нормативный договор

Нормативный договор — один из видов источников права, представляет собой соглашение (как правило, хотя бы одной из сторон в котором выступает государство или его часть), из которого вытекают общеобязательные правила поведения (нормы права).

Сущностным признаком, отличающим договор от правового акта, является его санкционирование несколькими субъектами правотворчества.

Нормативный договор может быть международным, либо же это может быть договор в рамках одного государства, например, между федерацией и её субъектами

В настоящей статье анализируется нормативная природа прежде всего административных договоров, представляющих собой заключенные на основе административно-правовых норм в общегосударственных (общественных) целях управленческие соглашения, правовой режим которых выходит за рамки частного права и содержит публично-правовые элементы. Однако проблема может быть поставлена и более широко, а именно: рассмотреть соотношение таких понятий, как «договор» и «источник административного права» в целом.

В ходе волесогласования стороны договора формулируют определенные правила деятельности — идеальные модели своего будущего поведения. Нормативность этих правил до сих пор глубоко не исследовалась. Причин тому несколько. Во-первых, договор считался исключительно частноправовой категорией и не входил в предмет исследования административно-правовой науки, как, впрочем, и других наук публичного права. Во-вторых, институт источников административного права практически не разработан. И, в-третьих, отечественная теория государства и права традиционно не рассматривала договор в связи с такими понятиями, как «норма» и «источник права». Исключение составляли, пожалуй, только международные договоры.

Правда, уже в 1 946 г . Н.Г. Александров поставил вопрос об изучении нормативного характера договорных условий. Говоря о договорах вообще и абстрагируясь от отраслевых различий последних, Н.Г. Александров отметил, что неправильным было бы ограничивать в теории государства и права рассмотрение договора плоскостью только юридических фактов и упускать договор хотя бы при выяснении проблемы источников права.

К сожалению, своевременной и адекватной поддержки такая позиция не получила.

В настоящее время сформировались три основных подхода к рассматриваемой проблеме: а) договор — это всегда индивидуально-правовой акт, который источником административного права быть не может; б) некоторые договоры из общей массы договоров и соглашений имеют нормативных характер, выступая источником административного права; в) любой договор содержит нормы права особого вида — локальные или микронормы, и поэтому все договоры суть источники права. Рассмотрим указанные позиции подробнее.

Понимание договора как универсального правового источника зародилось в античности. Как отмечается в литературе, согласие (consensus) народа римские юристы были склонны считать универсальным правообразующим фактором, сводя к договору и закон, и обычное право. Представление о договоре как об источнике права сложилось на базе форм законотворческой деятельности, свойственных республиканскому периоду древнеримской истории и в дальнейшем было использовано западноевропейской юриспруденцией. Речь идет о доктрине естественного права, взятой на вооружение в средние века молодой европейской буржуазией и признающей договор в качестве единственно правомерного источника всякого позитивного права и состояния государства. При этом сторонники естественноправовой школы рассматривали договор скорее как фактический, а не юридический источник позитивного права, как социальное обоснование последнего, средство добровольного самоограничения свободной личности.

Начиная с Д. Остина в Англии, К. Бергбома и П. Лабанда в Германии, преобладающей правовой доктриной становится юридический позитивизм. Несмотря на различия позитивистских школ и направлений, их всех объединяет идея о праве как явлении, признаваемом и устанавливаемом государственной властью. Право рассматривается как реальность, формально определяемая государством, что в конечном счете ведет к отождествлению понятий право и «законодательство». При этом источниками права признаются исключительно исходящие от государства правовые акты.

Марксистско-ленинская правовая теория, монопольно господствовавшая в отечественном правоведении последние десятилетия, носила узконормативный характер. Юридический позитивизм обрел здесь крайнее выражение. Постулатом стали тезисы о первичности государства по отношению к праву, о том, что право есть инструмент для выражения государственной воли и решения государственных задач и функций, что пра-вотворчество является уделом государства, причем органов только одной ветви государственной власти. Характерно высказывание С.Л. Зивса:

«К числу положений, ставших аксиоматичными для марксистско-ленинской общей теории права, относится истина о том, что в социалистическом государстве создание правовых норм — само правотворчество — прерогатива государства. Право возникает только как результат действий государственных органов. Любой правовой нормативный акт. носит государственный характер».

Норма права определялась как устанавливаемое или санкционируемое государством общеобязательное правило поведения, содержащееся в исходящих от государства нормативно-правовых актах. Именно последние по устоявшейся традиции рассматривались как источники права. Какая-либо нормативная роль иных правовых актов: обычаев, прецедентов, договоров, правовой доктрины, — отрицалась. В литературе в той или иной форме неоднократно подчеркивалось, что в социалистическом обществе «нормативный юридический акт является единственным способом возведения государственной воли в закон — актом правотворчества, юридическим источником права», что издаваемые государством нормативные акты есть единственные носители, формы бытия юридических норм.

Применительно к административно-правовой науке укрепилось мнение, что договоры источниками административного права быть не могут и в качестве юридической формы в процессе государственного управления, т.е. исполнительной и распорядительной деятельности государства, не применяются. Подобная участь постигла не только договор, но и такие формы права, как судебный и административный прецедент, правовой обычай, доктринальные источники. Согласно позитивистской концепции договор представляет собой юридический акт индивидуального характера, выполняющий в механизме правового регулирования функцию юридического факта, порождающего конкретные правоотношения. Договор здесь рассматривается как результат реализации объективного права, но никак не элемент правотворчества. Подобная позиция до сих пор является преобладающей. Источниками административного права признаются лишь односторонне-властные юридические акты различных государственных органов, содержащие административно-правовые нормы.

На наш взгляд, вышеуказанный подход приводит к пониманию того, что право есть нечто навязанное извне и обществу, и индивиду. Прикладная роль, вторичность и производность от государства обусловливали недооценку самостоятельной социальной значимости права. Идея классово ориентированной науки о том, что государственная власть не ограничена национальным правом, поскольку она действует на основе ею же установленного права, закономерно приводит к выводу, что только государство в лице государственной власти устанавливает национальное право, сам порядок правотворчества и в этом смысле стоит над правом. Получается, что право представляет собой исключительно то, что «существует в законах государства, а не рождается в результате нормальной жизнедеятельности членов гражданского общества».

Ближе к середине XX в. происходит своеобразный ренессанс естественноправовой теории, связанный с трагическими уроками второй мировой войны и становлением тоталитарных режимов в Европе. Перед юридической наукой был поставлен вопрос: можно ли считать правовыми нацистский режим в Германии и аналогичные ему режимы в Европе? Ведь все внешние атрибуты законности здесь присутствовали. Появилась необходимость вновь вернуться к идеям естественноправовой доктрины о неотчуждаемости основных прав человека, общественном договоре и производности позитивного права.

Думается, право есть прежде всего система прав, а не система норм. По своей сути право имеет социальное, а не государственное происхождение. Поэтому правотворчество не является исключительной привилегией государства. Правовая наука должна признать множественность источников права, включая и нормативные договоры. На наш взгляд, такой подход является единственно правильным.

Нормативные договоры (международные, федеративный договор, между субъектами Российской Федерации, ряд отраслевых и межведомственных соглашений, коллективные соглашения и др.) непосредственно содержат административно-правовые нормы и являются источниками административного права. У истоков этой концепции в России стояли Ф.Ф. Кокошкин, В.Ф. Тарановский, Н.Г. Александров. В настоящее время такую позицию разделяют С. с. Алексеев, Ю.А. Тихомиров, О.Г. Румянцев, Б.Б. Хангельдыев и некоторые другие ученые. Так, Б.Б. Хангельдыев подразделяет административные договоры на соглашения нормативного и индивидуального характера с публично-правовым содержанием, а нормы административного права, по его мнению, устанавливаются не только законом и подзаконным актом, но и договором, соглашением сторон. Ссылку на договоры как возможный источник административного права находим у югославского административиста С. Поповича.

В русской правовой школе на существование нормативных договоров указывал В.Ф. Тарановский. Согласно его концепции существуют договоры-сделки и договоры нормативного типа. Последние обладают следующими признаками:

а) договаривающиеся стороны стремятся к единой цели — установлению юридической нормы; б) мотив у договаривающихся сторон один и тот же — наличие потребности в такой норме; в) договор такого типа создает юридическую норму.

Попытки выявить нормативные элементы в договоре предпринимались и в советское время. В частности, Н.Г. Александров отмечал наличие в реальной жизни особой категории договоров, посредством которых образуются юридические нормы. В одних случаях такие нормообразующие договоры сами по себе являются разновидностью источников права (в международном, государственном и административном праве). В других -соглашение о нормах становится источником права при условии признания за ним такого значения государственной властью. По мнению этого автора, договор является источником права в том случае, если он влечет возникновение юридической нормы или группы юридических норм; тогда договор становится ближайшей силой, создающей договорные («конвенциональные») юридические нормы.

Идея выделения договоров нормативного характера в настоящее время получает дальнейшее развитие, завоевывая новых сторонников. Данное обстоятельство связано с возрождением и укреплением позиций естественноправовой школы. В частности, идея общественного договора как основы социального и государственного устройства неоднократно поднималась в ходе работы над действующей Конституцией РФ, а затем нашла свое отражение в Договоре об общественном согласии 1994 г . При этом интерес вызывает сама идея, теоретическое обоснование данного вида договора, а не его реальное воплощение и роль в общественной жизни.

В российской правовой науке продолжается переосмысление понятийного аппарата. Если раньше идея множественности источников права категорически отрицалась, в настоящее время многие авторы относят к источникам права помимо нормативно-правовых актов санкционированные обычаи, судебный и административный прецедент, а также нормативный договор. В целом перечень нормативных договоров и соглашений у различных авторов совпадает. О. Г. Румянцев относит к ним международные договоры, федеративный договор, различные договоры и соглашения между федеральными органами государственной власти и государственными органами власти субъектов Российской Федерации о взаимной передаче части своих полномочий и предметов ведения, соглашения между субъектами РФ. Вышеуказанные договоры О.Г. Румянцев называет нормативными актами, исходя из широкого понимания права как сложного явления, сочетающего помимо совокупности правовых норм и некий объективный императив, стоящий над государством и законом, защищающий справедливый порядок государства как формы самоорганизации общества и совокупность регуляторов. При этом общественная самоорганизация, по его мнению, может быть облечена в соответствующую законодательную форму, а может и не быть облечена в нее (например, нормативные договоры).

Читайте так же:  Приказ мвд 595 2018 год

Ю.А. Тихомиров называет отнесение к источникам права только нормативных актов государственных органов «огосударствлением» права, оставляющим в стороне от нормообразования гражданское общество и общественные объединения. Он ссылается на опыт ряда западных стран, в частности США, где нет жесткого понимания права и к нему относят договоры, соглашения, корпоративные нормы, акты прямого волеизъявления. Думается, нужно согласиться с Ю.А. Тихомировым в том, что «разгосударствление» права означает предание праву смысла общепризнанного публичного согласия граждан, слоев, наций, общества в целом.

На наш взгляд, все договоры по их функционально-содержательной природе могут быть разделены на индивидуальные (юридические факты) и нормативные (источники права). Нормативный договор можно определить как договорный акт, устанавливающий правовые нормы (правила поведения), обязательные для многочисленного и формально неопределенного круга лиц, рассчитанный на неоднократное применение, действующий независимо от того, возникли или прекратились предусмотренные им конкретные правоотношения.

Выделим следующие признаки нормативного договора. Во-первых, правовая база нормативных договоров содержится в Конституции и действующем законодательстве РФ. Эти договоры выполняют правовосполнительную функцию, дополняя и конкретизируя действующее законодательство РФ;

во-вторых, в нормативном договоре в качестве хотя бы одной из сторон предполагается участие органа государственной власти, причем чем более высокое место в управленческой иерархии занимает государственный контрагент, тем выше юридическая сила договора;

в-третьих, нормативные договоры заключаются в публичных интересах, их целевая направленность — это достижение общего блага, т.е. общественные цели здесь преобладают;

в-четвертых, нормативные договоры содержат правила поведения, регулирующие поведение не только (а иногда и не столько) непосредственных участников договора, сколько иных коллективных и индивидуальных субъектов. Нормативный договор, таким образом, не замыкается внутри системы договаривающихся сторон, но имеет и внешне юридическое воздействие;

в-пятых, многочисленность и неопределенность адресатов договорных норм, т.е. тех субъектов, на которых (согласно предыдущему пункту) направляется юридическое воздействие договора;

в-шестых, договорные нормы всегда рассчитаны на длительное действие и неоднократное применение;

в-седьмых, нужно отметить особую, строго формальную процедуру заключения нормативных договоров и специальный порядок рассмотрения споров и конфликтов, связанных с их исполнением (Конституционный Суд РФ, конституционные (уставные) суды субъектов РФ или специальные согласительные процедуры);

в-восьмых, недопустимость в любых обстоятельствах изменения или отказа от исполнения договорных условий в одностороннем порядке.

Нормы о непреодолимой силе (форс-мажор) здесь неприменимы; в-девятых, в отличие от индивидуальных договоров, содержание которых, как правило, составляет коммерческую тайну, для нормативного договора характерно его официальное опубликование. В силу общеобязательности договорных условий оговорка о конфиденциальности здесь неприменима. Неопубликованный нормативный договор по общему правилу не порождает правовых последствий.

Нормативные договоры служат правовой базой для издания административных актов, заключения индивидуальных договоров, совершения иных юридически значимых действий. Это отличает их от договоров индивидуального характера, устанавливающих (изменяющих, прекращающих) конкретные правоотношения. Заметим, что нормативные договоры обычно носят комплексный характер, выступая одновременно в качестве источников нескольких правовых отраслей.

Перечисленные признаки нужно рассматривать системно. Скажем, коллективные договоры не обладают некоторыми из вышеуказанных свойств, что не лишает их нормативных качеств. На практике встречаются правовые акты смешанного характера, содержащие как нормы права, так и индивидуальные предписания. Аналогично этому есть и договоры смешанного типа. «Один и тот же договор, — читаем у Н.Г. Александрова, — в одной части может устанавливать юридические нормы, а в другой — конкретные субъективные правомочия и обязанности сторон».

Административные договоры чаще других договоров и соглашений имеют нормативный характер. Именно особая нормативная природа подчас отличает административные (публично-правовые) договоры от договоров частного права. Верно замечает В.А. Кикоть: «Исходя из гражданско-правовой теории договора, нельзя понять некоторые свойства административного договора, например, его способность в силу реализуемых им правомочий участников быть одновременно нормативно-правовым актом». Аналогичную позицию занимает Б.П. Курашвили, отмечая, что административные договоры по своей организационно-правовой природе выступают как выражение координационной формы организации государственного управления и как акты локального нормотворчества. При этом они дополняют субординационные формы управления и конкретизируют общую нормативно-юридическую основу управленческой деятельности.

Нормативная природа многих административных договоров объясняется их публично-правовой природой и функциональным назначением. В отличие от договоров частного права, здесь атрибутивно действует государственно-властный участник, реализующий в рамках своей компетенции функции государственного управления. Поэтому в административном договоре всегда так или иначе выражается государственная воля к созданию определенного правового состояния. Участниками таких договоров выступают, как правило, высшие органы государственной власти Российской Федерации и ее субъектов, а также общественных объединений, местных коллективов. В качестве примера можно привести договоры о разграничении полномочий и предметов ведения между Российской Федерацией и ее субъектами, которые являются нормативной базой для издания различных индивидуально-правовых актов (административных, юрисдикционных, договорных, планово-экономических и др.). Юридическая сила внутрифедерального договора определяется аналогично юридической силе иных правовых актов местом государственных контрагентов в управленческой иерархии. Общеобязательность договорных условий для многочисленного и формально неопределенного круга третьих лиц подтверждает их нормативный характер.

К сожалению, до сих пор нет единства в вопросе официального обнародования внутрифедеральных договоров. Так, Договор с Республикой Башкортостан был опубликован сначала в республиканской газете «Вечерний Башкортостан», затем — в Вестнике Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и лишь много позже — в «Российских вестях». Договоры с Республикой Татарстан, Калининградской и Свердловской областями были опубликованы в «Российской газете» (в последнее время внутрифедеральные договоры публикуются в «Российских вестях»). Однако какие-либо сроки опубликования не соблюдаются и не установлены законодательно. Данное положение сложилось из-за неопределенности в нормативном положении данных договоров, соотношении их юридической силы с другими нормативными актами. Действительно, если перед нами обычное соглашение индивидуального характера, то его обязательная публикация не требуется. Это логично, ибо тогда пришлось бы публиковать тысячи иных соглашений, опосредующих договорные связи в обществе. Но внутрифедеральные договоры содержат не просто индивидуальные правила поведения, а нормы права и по юридической силе занимают место, сравнимое с федеральным законодательством. По нашему мнению, необходимо дополнить Собрание законодательства Российской Федерации разд. 6 «Нормативные договоры», где следовало бы публиковать нормативные договоры, заключенные высшими органами государственной власти Российской Федерации. Сроки опубликования должны быть нормативно установлены включая момент вступления договора в юридическую силу.

Нормативными являются и соглашения о разграничении полномочий по отдельным предметам ведения, заключаемые на основе внутрифедеральных договоров органами исполнительной власти федерального и регионального уровней. Общее количество таких соглашений («По вопросам собственности», «О бюджетных взаимоотношениях», «О конверсии», «О природных ресурсах», «О пенсионном обеспечении» и т.п.) в настоящее время перевалило за сотню.

Нормативный характер имеют и некоторые межведомственные договоры. Например, Соглашение между Минфином и Центральным Банком РФ «О порядке использования на валютных биржах Российской Федерации части средств Восстановительного займа, предоставленного Российской Федерации Международным банком реконструкции и развития» от 27 ноября 1992 г . Другой пример — Генеральное соглашение о совместных скоординированных действиях по созданию условий для устойчивого функционирования предприятий этих отраслей в осенне-зимний период 1994-1995 гг. на основе стабилизации цен и тарифов, улучшения расчетов за поставляемую продукцию и оказываемые услуги, подписанное Министерством путей сообщения, Минтопэнерго, Комитетом РФ по металлургии, государственным предприятием «Росуголь» и РАО «ЕЭС России» в 1994 г . Данное Соглашение имеет нормативный характер, его положения обязательны не только для сторон соглашения, но и для иных предприятий соответствующих отраслей.

Нормативными являются Генеральное соглашение между общероссийскими объединениями профсоюзов, общероссийскими объединениями работодателей и Правительством РФ и отраслевые (тарифные) соглашения, устанавливающие общие принципы согласованного проведения социально-экономической политики, основные направления социально-экономического развития отрасли, оплату и условия труда, социальные гарантии для работников отрасли (профессиональных групп), регулирующие вопросы занятости . Условия вышеуказанных соглашений носят общеобязательный характер и распространяются на работников, работодателей, органы исполнительной власти, которые уполномочили конкретных участников разработать и заключить соглашения от их имени. Мерой ответственности сторон за уклонение от участия в переговорах по заключению соглашений или невыполнение условий этих соглашений являются дисциплинарные и административные санкции, налагаемые на виновных должностных лиц.

В отечественном правоведении сложилось двоякое понимание источника права — как силы, творящей право, и как некой юридической формы — «резервуара», в котором находят свое выражение правовые нормы. В этом смысле говорят об источниках права в материальном и формально-юридическом смысле. Следуя традиции, к материальному источнику отнесем сам договорный процесс как волесогласование, достижение согласия договаривающимися сторонами, а к формально-юридическому — нормативный договор как юридический документ, т.е. результат такого волесогласования.

Возможен и более широкий подход к нормативному содержанию договора. Речь идет о так называемой «договорной», или «конвенциональной», теории права, вводящей понятие нормативной саморегуляции общества. Договорные правила при всей полярности их содержания признаются здесь проявлением особого свойства общества как системы — способности к самоуправлению (саморегуляции) и подлежат юридически значимому признанию в общем массиве нормативного регулирования. Согласно конвенциональной теории право рассматривается как результат многочисленных соглашений между коллективными и индивидуальными участниками. Отсюда делается вывод о том, что все договоры, надлежаще заключенные субъектами права (в том числе и административного), содержат правовые нормы (локальные, «конвенциональные», «микронормы») и являются источниками права. Наиболее последовательно отстаивает этот подход Т.В. Кашанина, считающая, что «в процессе заключения договоров создаются нормы, но нормы индивидуальные, то есть касающиеся конкретных и точно определенных индивидов и рассчитанные на них».

Включение договоров и соглашений, причем всех без исключения, в национальную систему права характерно для американской юридической доктрины, в отличие от континентальных правовых систем. Здесь традиционно используются понятия формального и неформального права. Последнее подразумевает и социальные нормы, устанавливаемые гражданами на основе соглашений. Оба типа, по мнению американских юристов, составляют правовую систему общества. В частности, О. Винсент указывает на ограниченный характер законодательной власти, ее государственных органов, принимающих и пересматривающих так называемое «статутарное право». По его мнению, в обществе существует широкое многообразие законодательных властей, и правотворчеством так или иначе занимаются все сегменты общества. При этом фундаментальные законодательные прерогативы принадлежат народу. Люди устанавливают законы своих взаимоотношений, используя свое право заключать друг с другом контракты. Заключаемые в обществе соглашения включаются в число правовых источников. «Из условий соглашений, заключаемых людьми для регулирования своих отношений на добровольной основе, — отмечает О. Винсент, — возникает независимый источник права. Добровольность договорных соглашений эквивалентна единодушному согласию участников правоотношений, устанавливающих некое общее правило».

Поддерживая конвенциональную теорию, Т.В. Кашанина говорит о наличии в обществе трех уровней нормативности: общегосударственном (на уровне государства), локальном (на уровне коллективных субъектов права) и индивидуальном саморегулировании (на уровне индивидов). Одним из видов последнего выступает договорное (координационное) регулирование, в результате которого вырабатываются «микронормы». Последние, по ее мнению, представляют собой правила поведения, рассчитанные на точно определенных людей либо дополняющие, конкретизирующие, уточняющие отдельные элементы общегосударственных норм.

Сторонники конвенциональной теории считают, что договорный процесс целиком охватывается термином «правотворчество». Причем договорное регулирование есть одновременно и процесс реализации права, поскольку производится в связи и по поводу конкретного случая, применительно к конкретным лицам и обязательно только для них. Т.В. Кашанина рассматривает договор и как юридический факт, и как источник права одновременно, а договорное регулирование -как форму слияния стадии правотворчества и стадии реализации права.

В целом, сторонники конвенциональной теории правильно отмечают, что право имеет социальный, а не государственный источник происхождения. Понимание права как исключительно государственного регулятора общественных отношений устарело и не соответствует действительности. Перенесение правотворческого процесса непосредственно в гражданское общество является безусловным прогрессом правовой мысли. Думается, правотворческая функция в той или иной мере должна быть присуща всем общественным институтам и отдельным лицам. Это позволяет включить негосударственных участников: общественные объединения, коммерческие и некоммерческие организации, индивидов, — в правотворческий процесс, сделать их непосредственными субъектами нормотворчества и превратить право в выражение общественной, а не государственной воли.

Однако реализовать данный подход можно и вне рамок конвенциональной доктрины. Если рассматривать государственное санкционирование широко, как непрепятствование, разрешение на правотворчество в определенных рамках, то даже в рамках позитивистского подхода остается место для признания нормативными правил поведения, автономно установленных негосударственными субъектами. Вступая же на путь конвенциональной теории, мы рискуем вовсе утратить специфику права по сравнению с другими социальными явлениями. Но правовая нормативность есть лишь один из элементов общей нормативности, присущей обществу как социальной системе. Поэтому нужно очень осторожно подходить к пересмотру таких фундаментальных юридических категорий, как право, правовая норма, источник права, нормативный и индивидуальный правовые акты.

Читайте так же:  Нужна ли лицензия для торговли на бирже

Словарь юридических терминов: Нормативный договор

Нормативный договор — это самостоятельная форма права, выражающаяся в соглашении между правотворческими субъектами, в результате которого возникает новая норма права.

Характерными признаками нормативного договора являются: а) всегда содержит нормы права — общие предписания, адресованные к широкому кругу лиц; б) рассчитан на многократное применение; в) заключается на добровольной основе между правотворческими субъектами; г) предполагает взаимную ответственность сторон за его нарушение; д) основной его целью выступает нахождение баланса интересов сторон.

Выделяют следующие виды нормативных договоров:

1) договоры о разграничении компетенции;

2) договоры о сотрудничестве, взаимодействии;

3) договоры о разрешении вопросов, связанных с распоряжением государственной собственностью;

4) концессии и инвестиционные соглашения.

Как особый источник правовых норм договор применяется в основном в трех областях:

— в международном публичном праве (как правило, договоры между государствами являются нормативными);

— в конституционном праве (договором определяются особенности взаимоотношений между федеральным Центром и регионами, например, по вопросам о разграничении компетенции);

— в трудовом праве (отношения регулируются коллективными договорами и соглашениями).

Объект правоотношения — это то, на что направлены права и обязанности субъектов правоотношений, по поводу чего они вступают в юридические связи.

Выделяют два подхода к пониманию объекта правоотношения:

— согласно первому объектом правоотношения могут выступать только действия субъектов, поступки людей;

— согласно второму (разделяемому большинством ученых) объекты весьма разнообразны и могут быть:

1) материальные блага (вещи, предметы, ценности) — они характерны для гражданских правоотношений;

2) нематериальные личные блага (жизнь, честь, достоинство, свобода, безопасность, неприкосновенность человека) — типичны для уголовных, гражданских и процессуальных правоотношений;

3) поведение субъектов и его результаты (действие или бездействие субъектов, услуги и т.п.) — характерны для административных, хозяйственных правоотношений, отношений в сфере бытового обслуживания;

4) продукты духовного творчества (произведения литературы, искусства, научные открытия, изобретения и т.д.);

5) ценные бумаги, официальные документы (акции, векселя, деньги, дипломы, аттестаты и т.п.) — характерны для финансовых, хозяйственных, гражданских и иных правоотношений.

ЗАКАЗАТЬ АВТОРСКУЮ РАБОТУ ПО ЮРИСПРУДЕНЦИИ

Нормативный договор как источник российского права: история и современность Парфенова Татьяна Андреевна

Диссертация — 480 руб., доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Автореферат — бесплатно , доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Парфенова Татьяна Андреевна. Нормативный договор как источник российского права: история и современность : история и современность : Дис. . канд. юрид. наук : 12.00.01 Челябинск, 2005 178 с. РГБ ОД, 61:06-12/531

Содержание к диссертации

ГЛАВА 1. Теоретические основы нормативно-правового договора и его историческое развитие 12

1. Нормативный договор как источник и форма права: соотношение понятий 12

2. Понятие и признаки договора как общеправовой конструкции 23

3. Понятие и признаки нормативного договора как особой разновидности договорного и нормативно-правового акта 52

4. Этапы исторического развития нормативного договора в России 79

ГЛАВА 2. Современное развитие и классификация нормативных договоров в России 103

1. Основные современные подходы к классификации нормативных договоров 103

2. Координационные нормативные договоры 111

3. Субординационные нормативные договоры 139

Список использованных источников и литературы 159

Введение к работе

Актуальность темы исследования. Признание высшей ценности прав и свобод человека выдвигает на передний план задачу не только связать законом деятельность государства, но и обеспечить возможность взаимовыгодного согласования интересов индивида с государством и индивидов между собой. Наиболее эффективным элементом такого согласования является диалог, правовой формой которого выступает договор.

Изменения, происходящие в различных сферах общественной жизни, в условиях реформирования социальной, политической, экономической систем России, оказали влияние на формирование и развитие многих проблем теоретической науки, в том числе это коснулось источников российского права. В качестве таковых государство признало не только нормативно-правовые акты, но и нормативные договоры, правовые обычаи; дискуссии ведутся по поводу места в системе источников российского права судебной практики и судебного прецедента.

Широко применяемый и теоретически обоснованный в советский период лишь как источник международного права, нормативный договор был впервые признан Конституцией Российской Федерации 1993 года 1 полноценным источником права внутригосударственного. Однако, уровень разработки теории нормативного договора в отраслевых юридических науках, изучающих государственно-правовое регулирование в национальной системе права, существенно «отстает» от уровня развития теории нормативного договора в науке международного права. Кроме того, изучение нормативного договора, как важнейшего регулятора общественных отношений в рамках отдельных отраслей российского права представляется явно недостаточным. Такой подход не позволяет раскрыть специфику нормативного договора как источника права в целом, а только

Конституция Российской Федерации : принята всенар. голосованием 12 дек. 1993 г. // Российская газета. — 1993.-25 дек.-№237.

акцентирует внимание на особенностях той или иной сферы права. Нехватка комплексных исследований природы нормативного договора особенно остро чувствуется, когда договор не только становится основным регулятором экономических отношений, но и приобретает значение универсального регулятора 1 .

Указанная проблема должна находить свое решение, прежде всего, в рамках общеправовых дисциплин. Вместе с тем, именно в пределах теории государства и права в настоящее время проблеме договорного нормативного регулирования уделяется меньше всего внимания.

Общетеоретическое осмысление договорной теории приобретает особое значение в условиях возрастающего многообразия сферы договорного регулирования. Несмотря на это, законодатель также не уделяет должного внимания нормативному договору, поэтому важнейшие вопросы, связанные с договорным правотворчеством и договорно-правовым регулированием, в отношении к нормативному договору, остаются отодвинутыми на второй план. Перспективным решением указанной проблемы представляется признание нормативного договора особой разновидностью нормативного акта, что позволило бы разрешить многие вопросы на теоретическом уровне, и устранить множество пробелов в законодательстве.

Признание ценности института нормативного договора вызывает необходимость изучения его в историческом развитии, начиная с формирования русского государства, когда нормативный договор являлся наряду с обычаем основным источником права, и до настоящего времени.

Степень разработанности темы и теоретическая база исследования. Нельзя сказать, что проблеме нормативного договора не уделялось внимания в отечественной юридической науке. В русской правовой мысли на существование договора, который может порождать норму самостоятельно, без заимствований из обычного права, впервые указал известный историк русского права

1 Тихомиров Ю.А. Публичное право: учебник / Ю.А. Тихомиров. — М.: БЕК, 1995. — С. 181.

В.И. Сергеевич. В досоветский период отдельные аспекты теории нормативного договора можно найти в работах крупных ученых-правоведов Ф.В. Тарановско-го, Г.Ф. Шершеневича. Указание на договор в системе источников права встречается в работе профессора Л.И. Петражицкого.

В советский период отдельные элементы общетеоретического осмысления нормативного договора встречаются в работах Н.Г. Александрова, Я.М. Мага-зинера, P.O. Халфиной, Б.Б. Черепахина.

Большую теоретическую значимость для автора представляют работы, иностранных исследователей Е. Годэмэ, Н. Дювернуа, Р. Саватье, а также отечественных цивилистов М.И. Брагинского, В.В. Витрянского, Б.И. Пугинского.; историков-правоведов И.Д. Беляева, М.Ф. Владимирского-Буданова, Б.Д. Грекова, В.О. Ключевского.

Комплексный подход по вопросу теории нормативного договора отражается в ряде работ С.С. Алексеева, Д.Н. Бахраха, А.В. Демина, В.В. Иванова, Ш.В. Калабекова, Ю.Ю. Кулаковой, М.Н. Марченко, А.А. Мясина, М.А. Нечитайло, Ю.А. Тихомирова, М.А. Юнусова.

Весьма актуальные отдельные наблюдения и выводы высказаны в работах А.Н. Бабенко, Н.Л. Гранат, А.В. Кашанина, Т.В. Кашаниной, В.В. Лазарева, А.С. Пиголкина, В.М. Сырых, А.Н. Талалаева, В.А. Толстика, Б.Б. Хангельдыева, А.Ф. Черданцева и др.

Высоко оценивая труды указанных авторов, следует признать, что обстоятельное, системное рассмотрение нормативного договора как одного из источников права, на наш взгляд, присутствует только в авторских курсах Ю.А. Тихомирова, монографическом исследовании В.В. Иванова и диссертационной работе М.А. Нечитайло. И, пожалуй, только В.В. Иванов вплотную занялся изучением общей теории договора, как необходимой составляющей теории нормативного договора.

6 Таким образом, обзор научной литературы указывает на необходимость

дальнейшего исследования нормативного договора с учетом изменяющихся

общественных отношений и политической ситуации.

Объектом исследования является совокупность общественных отношений, возникающих в процессе существования различных видов нормативных договоров, а также возникновение, историческое развитие и современное состояние нормативно-договорных отношений в различных отраслях права.

Предметом исследования выступают: теоретико-правовые основы нормативного договора в качестве правовой категории, ее признаки, сущность, формы, а также основы функционирования нормативного договора как особой разновидности договорного и нормативно-правового акта.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационной работы является выработка научно-обоснованного общеправового подхода к определению понятия и признаков нормативного договора как формы и источника российского права с учетом исторического опыта и современного состояния.

Цель исследования определила ряд взаимосвязанных задач:

Нормативный договор как источник и форма права: соотношение понятий

На определенном этапе развития общества неизбежно возникает потребность упорядочить существующие в нем отношения. Невозможно представить себе общество без регуляторов поведения на основе определенных моделей, образов, на которые в дальнейшем и ориентируется это общество. В результате их многократного повторения складываются нормы, которые могут представлять собой моральные нормы, религиозные правила, а также установленные либо санкционированные государством нормы права. С тех пор, как возникло право, проблемы источников его образования привлекали к себе повышенное внимание исследователей, поскольку вопросы, касающиеся источников права, являются своего рода отправной точкой в процессе познания всех иных правовых институтов и самого права.

В данном случае не является исключением и нормативный договор. Как правовой институт, имеющий огромное правообразующее значение, он должен быть исследован именно в области понимания общетеоретических вопросов, связанных с категорией «источник права», что позволит наиболее четко уяснить его природу.

Кечекьян С.Ф. в работе «О понятии источника права» отмечал, что понятие источника права принадлежит к числу наиболее неясных в теории права. Не только нет общепризнанного определения этого понятия, но даже спорным является сам смысл, в котором употребляются эти слова.

Михайловский И.В. еще в начале XX века писал, что подобные споры основаны на недоразумении: нет ничего проще устранить эти недоразумения и согласиться на счет общего понимания термина, которым столь часто пользуется наука. По его мнению, почти все ученые одинаково понимают источники права как факторы, творящие право, а разногласия начинаются только при решении вопроса, что должно считаться правотворящими факторами. При этом одни говорят, что это объективные условия данной среды, другие, что это — высший закон, третьи, что это — психические переживания личности, четвертые, что это — те формы, в которых облекается высшим внешним авторитетом известное содержание.

Такие споры затянулись еще надолго и не стихают до сих пор. Разные исследователи вкладывали свой смысл в это понятие, тогда как «. источник права — это не более, как образ, который скорее должен помочь пониманию, чем дать понимание того, что обозначается этим выражением».

Так, Г.Ф. Шершеневич, подчеркивая многозначность термина, введенного еще Т. Ливием, который назвал Законы XII таблиц «источником всего публичного и частного права», указывал, что термин «источник права» является малопригодным. Под ним понимаются: а) силы, творящие право, например, когда говорят, что под источником права следует считать волю Бога, волю народа, правосознание, государственную власть; б) материалы, положенные в основу того или иного законодательства, на пример, когда говорят, что римское право послужило источником для Германского гражданского кодекса; в) исторические памятники, которые когда-то имели значение действующего права, например, Русская правда; г) средства познания действующего права, например, когда говорят, что право можно узнать из закона.

В советский период развития Российского государства под термином «источник права» понимался либо способ, которым правилу поведения придается государственной властью общеобязательная сила , либо диктатура пролетариата или революционное правосознание.

С преодолением давления командно-административной системы на отечественную юридическую науку стало ясно, что указанный термин не следует рассматривать только с какой-то одной стороны, поскольку в этом случае он будет неполным и искаженным, в связи с этим, термин вновь обрел свою многозначность. Итак, «источник права» в современной юридической науке принято рассматривать в нескольких аспектах: 1. В естественном смысле, под углом зрения источника права как естественного — географического, климатического, биологического и иного фактора, оказывающего непосредственное влияние на процесс правообразования, и опосредованное — на процесс правотворчества и, соответственно, на само право. 2. В философском смысле под источником права понимаются те философские идеи, которые легли в основу той или иной правовой системы, либо философские конструкции, на базе которых создается та или иная правовая система.

Понятие и признаки договора как общеправовой конструкции

Далеко не случайно на различных этапах эволюции общества договорным отношениям уделялось особое внимание, поскольку договор есть важнейший инструмент согласования воль и интересов, используемый в человеческом обществе. В связи с этим, основная цель настоящего параграфа — показать ценность договора, который равно используется и в частном и в публичном праве. Вместе с тем, не следует отдельно рассматривать договор частный и договор публичный, договорная теория должна быть единой и исследоваться в рамках общеправовой науки, что в настоящее время делается крайне редко. Справедливыми представляются замечания о том, что недостаточное теоретическое исследование договора отрицательно сказывается на договорной практике.1 В большинстве своем в различных частноправовых науках — гражданском, трудовом, семейном праве предлагается различное понимание и сущностная характеристика договора, в публичном же праве такого разнообразия не наблюдается. В связи с этим, рассматривая вопросы договора как общеправовой конструкции, мы будем опираться в основном на частноправовую науку, поскольку она представляется наиболее глубоко разработанной, но при этом выявленные признаки и понятие договора будут также являться основой публичного договора. Такое общетеоретическое исследование напрямую связано с основной целью нашей работы, сформулированной во введении, поскольку нормативный договор является, прежде всего, договором, он является одной из разновидностей той общеправовой категории, которую нам предстоит исследовать.

Читайте так же:  Гонконг срок действия паспорта

Сама идея договора как средства обеспечения жизнедеятельности общества в самых различных сферах высказывалась уже в глубокой древности. В античной философии впервые выдвинул идею общественного договора древне греческий философ Протагор. Одна из первых концепций общественного договора в новое время была сформулирована Гуго Гроцием, полагавшим, что естественное право является источником позитивного права, а в догосударственном состоянии люди были миролюбивы и общительны, соблюдали договоры без государственного принуждения. Томас Гоббс в сочинении «Левиафан, или материя, форма и власти государства церковного и гражданского», исходя из концепции естественного права и естественного закона, утверждал наличие общественного договора как источника существования государства.1

Понимание договора как универсального правового источника также зародилось еще в античности. В Риме такое представление о договоре как об источнике права сложилось в республиканский период на базе форм законотворческой деятельности, и позаимствовано оно было из греческой культуры. Старинное греческое правило гласило: «как один с другим договорился (homologein, буквально — одинаково говорить), так оно и должно иметь силу».

Римские юристы пытались создать общее понятие соглашения, разветвляющееся на две составные части — 1) contractus — договор, пользующийся исковой защитой; и 2) pactum — соглашение, не пользующееся по общему правилу исковой защитой. В процессе создания общего понятия соглашения были также разработаны определенные принципы-положения, которые до сих пор составляют основу договора: «нет никакого договора, который не содержал бы в себе соглашения», «публичное право нельзя менять частными соглашениями», «основа права это верность, то есть твердое и правдивое соблюдение слова и договора», «. договоры являются господами при том условии, что они правомерны», «в соглашениях договаривающихся сторон было признано важным обратить больше внимания на волю, чем на слова» и т.д.

В юридической литературе термин «договор» употребляется в самых разнообразных значениях. Общеизвестным является понимание в цивилистике договора как двусторонней юридической сделки, где договор обозначает определенный вид юридических фактов (обстоятельств, которые влекут за собой возникновение, изменение или прекращение юридических отношений). С указанным пониманием договора согласны не все исследователи гражданско-правовой теории договора. Например, профессор Б.И. Пугинский считает, что закон называет договором и требует понимать под договором соглашение, но не сделку, при этом он утверждает, что двусторонняя или многосторонняя сделки признаются лишь выражением согласованной воли двух или более сторон и рассматриваются в качестве условия, необходимого для заключения договора.2

Ряд цивилистов обоснованно определяют договор как юридическое и фактическое основание для возникновения правоотношений, как форму, которую принимает соответствующее правоотношение, и даже как само юридическое правоотношение3. Интересное определение предлагает профессор Л.В. Щенни-кова, она понимает договор как свободный регулятор, организатор и координатор эквивалентно-возмездных отношений, имеющих целью достижение правового результат и возможности применения государственно-организационного воздействия.

В законодательстве и практике его применения термин «договор» употребляется еще в нескольких значениях — как соглашение, как документ и как некое комплексное понятие. Договор как соглашение является наиболее распространенным и часто употребляемым понятием, так, профессор Ю.А. Тихомиров отмечает: «Как известно, договор есть соглашение сторон, выражающее их волю к установлению, изменению и прекращению их прав и обязанностей, к совершению либо воздержанию от совершения юридических действий».

Понятие договора как документа употребляется применительно к письменной форме договорных отношений между сторонами, в этой связи договор представляет собой единый документ или взаимные документы, исходящие от сторон договора.

Как основной источник права рассматривается договор в науке международного права. Исторические примеры показывают, что подобную роль договор выполнял и в других различных областях права. Середина и особенно конец XX века сопряжены со стремительным расширением сферы договорных отношений. Договор не только становится основным регулятором экономических от-ношений, но и приобретает значение универсального регулятора. Особое значение в последнее время договор приобрел как источник права внутри отдельно взятого государства, как форма регулирования общественных отношений в условиях строительства правового государства.

Основные современные подходы к классификации нормативных договоров

Вопрос классификации нормативных договоров в теории российского права практически не разработан, так как, в соответствии со сложившейся правовой традицией, в нашей стране исследования договоров, и в том числе оснований для их классификации, проводились, как правило, в рамках отдельных отраслей. Но эти классификации далеко не всегда применимы к нормативным договорам: например, деление договоров цивилистами на возмездные и безвозмездные, реальные и консенсуальные, предварительные и главные и т.п. Критерии классификации международных договоров также достаточно специфичны по своей природе. Исследователи нормативных договоров, к сожалению, преимущественно рассматривают их разделение по отраслевому признаку, что, по мнению автора, не соответствует роли и значению нормативных договоров в сфере правового регулирования, а также не учитывает всю важность классификации при изучении исследуемого явления.

Классификация представляет собой разновидность определения. Это логическая операция распределения предметов, терминов или аргументов по классам. Целью классификации является раскрытие объема понятия посредством перечисления всех входящих в него терминов. Деление (классификация) всегда осуществляется на базе какого-либо признака (основания деления). Любая предложенная классификация служит одним из научных методов познания теории нормативных договоров. Она позволяет глубже проникнуть в вопросы сущности и роли договора в правовом регулировании. В том случае, если сущность права определять через функцию регулирования общественных отношений, следует признать, что ценность любой категории, конструкции, теории и, соответственно, классификации обосновывается, прежде всего, их практическим значением для регулирования отношений.1 В связи с этим, классификация любых договоров, а в нашем случае нормативных, должна иметь соответствующее основание в праве, проявляющееся в применении к каждой классификационной группе договоров особых норм. Поэтому, для начала следует провести обзор литературы по данному вопросу, а затем, основываясь на полученных данных выявить классификацию, наиболее приемлемую для данного диссертационного исследования.

Выделение критериев классификации можно встретить у Н.Г. Александрова, Ю.А. Тихомирова, В.В. Иванова, А.А. Мясина. Некоторые основания разделения нормативных договоров рассмотрели Д.Н. Бахрах и А.В. Демин в работе, посвященной исследованию административных договоров. Проанализируем некоторые из них, на наш взгляд наиболее интересные.

Александров Н.Г. разделял нормативные договоры на договоры -источники права, заключаемые между субъектами, которым присвоена нормативная власть, и договоры — предисточники права, приобретающие значение источников при условии государственной санкции.2 Кроме того, Н.Г. Александров является автором теории смешанных договоров, договоров с двойственной юридической природой.3 Согласно предложенной теории нормативные договоры в зависимости от правового результата можно разделить на договоры, устанавливающие, изменяющие или отменяющие правовые нормы, и на договоры смешанного типа, которые в одной части устанавливают, изменяют или отменяют правовые нормы, а в другой части фиксируют субъективные права и обязанности сторон. Так или иначе, договоры и первой и второй категории являются нормативными, то есть договор, устанавливающий, изменяющий или отменяющий хотя бы одно нормативное предписание является нормативным. В связи с этим позволим себе не согласиться с П.Г. Мишуниным и Н.В. Мироновым, которые считают нормативными только те акты, в которых нормативные предписания составляют «основное содержание», иные же договоры нормативного характера не имеют.1 Полагаем, что на практике, да нередко и в теории бывает очень трудно распознать это «основное содержание». Предложенная концепция поднимает больше вопросов, чем дает ответов.

Тихомиров Ю.А. предлагает следующую классификацию публично-правовых договоров с учетом их субъектов и содержания: — учредительные договоры; — компетенционно-разграничительные соглашения; — соглашения о делегировании полномочий; — программно-политические договоры о дружбе и сотрудничестве; — функционально-управленческие соглашения; — договоры между государственными и негосударственными структурами; — договоры о гражданском согласии; — международные договоры.2

Данная классификация очень условна, поскольку договором, как и любым иным нормативным актом, могут быть одновременно установлены и нормыправила, и учредительные нормы, и организационно-компетенционные нормы и т.д.

Бахрах Д.Н. и А.В. Демин на основе специальных критериев делят нормативные договоры на внутриаппаратные, заключенные между субъектами, имеющими государственно-властные полномочия, и внешние, заключенные уполномоченными субъектами государственной власти с гражданами, организациями. Такое разделение представляется недостаточным, поскольку не охватывает того множества нормативных договоров, которые можно обнаружить в отечественной практике.

Координационные нормативные договоры

Международный договор является основным источником международного права благодаря трем обстоятельствам. Во-первых, договорная форма позволяет достаточно четко сформулировать полномочия и обязательства сторон, что благоприятствует толкованию и применению договорных норм. Во-вторых, договорным регулированием охвачены ныне все области международных отношений, государства последовательно заменяют обычаи договорами. В-третьих, договоры наилучшим образом обеспечивают согласование и взаимодействие международных норм и норм внутригосударственного законодательства. Кроме того, государства, заключившие Венскую конвенцию о праве международных договоров, вполне закономерно признали возрастающее значение договора как источника международного права и как средства развития мирного сотрудничества между нациями, независимо от различий в их государственном и общественном строе1. Правовой основой заключения и действия международных договоров в Российской Федерации являются Конституция Российской Федерации и Федеральный закон «О международных договорах Российской Федерации»2 (далее — Закон о договорах), который основан на нормах Конституции РФ и общепризнанных нормах договорного права, предусмотренных Венской конвенцией о праве международных договоров, Венской конвенцией о правопреемстве государств в отношении договоров от 23 августа 1978 года3, Венской конвенцией о праве договоров между государствами и международными организациями или между международными организациями от 21 марта 1986 года. Конвенциями регулируются вопросы заключения, соблюдения, применения и толкования договоров, а также их приостановления и прекращения. Понимание международного договора дает исследование норм Венской конвенции о праве международных договоров от 23 мая 1969 года. Эта конвенция определяет его как «международное соглашение, заключенное между государствами в письменной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится ли такое соглашение в одном документе, в двух или нескольких связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования». Закон о договорах понимает под международным договором «международное соглашение, заключенное Российской Федерацией с иностранным государством (или государствами) либо с международной организацией в письменной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится такое соглашение в одном документе или в нескольких связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования». Наряду с официальными документами определение международного договора предлагают специалисты в области международного права. Так, Г.И. Тункин, анализируя международный договор, характеризует его как явно выраженное соглашение между основными субъектами международного права, прежде всего, между государствами, призванное регулировать их отношения друг с другом путем создания взаимных прав и обязанностей. Тихомиров Ю.А. определяет международный договор просто как соглашение между государствами как субъектами международного права. Анализируя эти определения, следует обратить внимание, что они отражают основное начало всех договоров — согласительность, что предполагает добровольность его заключения, реализацию собственных интересов сторон через взаимные уступки и компромисс. Кроме того, это начало разрешает еще один важный вопрос, который касается наименования международного договора. Независимо от названия — договор, конвенция, декларация, соглашение — акт является международным договором, «если в нем присутствует соглашение государств»2. Субъектами международного договора, прежде всего, являются государства. В статье 6 Венской конвенции о праве международных договоров говорится: «каждое государство обладает правоспособностью заключать договоры». Государства в силу своего суверенитета обладают универсальной правоспособностью, имеют право быть или не быть участниками договоров. В зависимости от числа участников международных договорных актов следует различать двусторонние и многосторонние договоры. Стороной в договоре является государство в целом. Однако в зависимости от органов, представляющих государство в международных отношениях, Закон 0 договорах различает межгосударственные (заключаются на высшем уровне и от имени государства), межправительственные (от имени правительства) и межведомственные договоры (от имени ведомств). При этом, как подчеркивает Б.Г. Бояршинов, «межд
ународные договоры межведомственного характера обязательны лишь для заключивших их ведомств; ни государство, ни правительство никакой ответственности по ним не несут». Договорной правоспособностью обладают и международные организации, но, в отличие от государств, их договорная правоспособность ограничена. Способность организаций участвовать в договорах определяется целями, которые закреплены в их учредительных документах. Порядок вхождения международных договоров в правовую систему Российской Федерации осуществляется посредством ратификации, в форме принятия парламентом страны федерального закона. Подлежащие ратификации международные договоры Российской Федерации указаны в статье 15 Закона о договорах, и, прежде всего, это такие договоры, которые устанавливают иные правила, чем предусмотрены российскими законами. Кроме ратификации международные договоры РФ могут утверждаться и внедряться в правовую систему России указом Президента РФ, постановлением Правительства РФ и актом соответствующего федерального органа исполнительной власти.1 Поскольку нормы международного права вводятся в правовую систему Российской Федерации, и высшей формой выражения согласия на их обязательность для Российской Федерации является федеральный закон, следовательно, и юридическая сила норм международного права должна приравниваться к актам этого иерархического уровня.